Трудно ли сказать “люблю”?

Лина сама

   

- Эй ты, каменный, подбрось-ка мне вон ту штуку! Да-да, именно ту. Ага, спасибо.

Стоявшая рядом с Линой Сильфиль перевела взгляд с явно обиженного Зелгадиса на волшебницу.

- Лина сан... вам не кажется, что последнее время вы несколько невежливы с Зелгадисом сан?

- Не пори чушь! – сверкнула на неё алыми глазищами Лина. – Всё как обычно, правда, Зел?

Химера пожал плечами и пошёл вперёд по дороге.

  • Вот видишь, - сказала волшебница и пошла следом. Сильфиль поспешила за ней, на мгновенье обернувшись на слегка отставшую остальную часть компании (они уговаривали Амелию, на которую нашёл очередной приступ справедливости, спуститься с дерева).
  • Лина сан, - смущённо продолжила послушница. – Может быть, он чем-то вас обидел?
  • Сильфиль, отстать.
  • Но я вижу, что что-то не в порядке.
  • Ты что, намерена меня допрашивать, покуда не расколюсь? – Лина недовольно взглянула на темноволосую девушку.
  • Да, - неожиданно твёрдо ответила та. – Последнее время с вами что-то происходит, и вы не хотите этим ни с кем делиться. Вместо этого вы дразните и оскорбляете Зелгадиса сан. Мне кажется, вы должны рассказать кому-нибудь из нас, своих друзей.
  • Может, ты и права, - задумчиво произнесла Лина. – Хорошо, я скажу тебе, но – только тебе. Больше никто знать не должен.
  • Я рада, что вы мне доверяете, - Сильфиль порозовела и улыбнулась.
  • Да ладно тебе, - отмахнулась Лина. – Давай лучше дорэйвингим до таверны в ближайшем городе, и я всё расскажу.
  • А остальные?

Вместо ответа Лина обернулась и, сложив руки рупором, заорала:

- Гаурри, ребята, у нас с Сильфиль срочные дела! Ищите нас в городе!

Шедшего впереди Зелгадиса она полностью проигнорировала.

 

  • Что?! – Сильфиль не поверила своим ушам.
  • Я в него влюбилась, - мрачно повторила Лина.
  • Но... когда?
  • Когда точно – не знаю, но поняла несколько недель назад.
  • А... почему сейчас? – послушница всё ещё пребывала в некотором шоке.
  • Ты меня спрашиваешь?!
  • Но зачем вы тогда так с ним обращаетесь, Лина сан? Почему прямо не скажете? – подавшаяся вперёд девушка, видимо, таки обреьала уверенность.
  • Ну, насчёт “прямо скажете”, чья бы корова мычала...

Сильфиль покраснела, но упрямо возразила:

- Но вы же не я! Вы-то можете просто подойти и сказать? Почему же?..

- Потому что он меня отошьёт последними словами! – Лина грохнула кулаком о стол, заставив подскочить и зазвенеть груду пустых тарелок. – Потому что Зелгадис – грубая бессердечная скотина! Будто ты сама не знаешь, Сильфиль! – Девушка опустила голову на лежащие на столе руки и уже тише добавила: - А может, это я себя так убеждаю, чтобы ни на что не решаться...

Ни одна из них не заметила, что к концу их разговора в таверну вошёл Зелгадис. По иронии судьбы, шум в таверне на пару секунд приутих, и химера ясно услышал слова Лина: “Зелгадис – грубая бессердечная скотина”. В глазах его мелькнула недоумённая боль, затем он накинул капюшон и подошёл к занимаемому девушками столу.

- Зелгадис сан! – воскликнула, смутившись, Сильфиль.

- А, привет... – вяло, не отрывая головы от столешницы, помахала рукой Лина.

Химера холодно кивнул обеим, выражение его лица по теплоте могло соперничать с айсбергом.

- Я пойду возьму нам всем комнаты, - сказал он.

 

Разгромив по дороге несколько бындитских банд, компания Рубак отоварилась ощутимым количество сокровищ. Навьюченные, как ишаки, они тащили свою добычу в ювелирную лавку. Лина вышагивала первой, задыхаясь под тяжестью поклажи. Заметив это, шедший позади Гаурри крикнул идущему третьему, после Лины и Сильфиль, Зелгадису:

  • Зелгадис, Лина сейчас упадет, забери у нее часть груза!

Химера подавил желание так и поступить и, вспомнив услышанное в таверне, буркнул:

  • Сама донесет.
  • Видишь? – шепнула Лина Сильфиль, а вслух ответила: - Я и так прекрасно справляюсь, от ходячих статуй мне помощь не нужна!
  • Ребят, вы чего? – ошарашенно спросил Гаурри, но ему никто не ответил. Сжав зубы, Химера и волшебница молча ненавидили друг друга.

 

На первый взгляд полностью поглощенная поеданием обеда Лина, тем не менее, внимательно – и мрачно – наблюдала за увивающейся за Химерой Амелией.

  • Чертова принцесса... – Лина бросила есть. Сидевшая рядом Сильфиль с испугом взглянула на нее:
  • Лина Сан...
  • Не боись, никого калечить не собираюсь. – Лина тут же нахмурилась, услышав голос Амелии:
  • Зелгадис Сан, здесь неподалеку чудесный сад, сходите туда со мной, а? ПОЖА-АЛУЙСТА!

Честно говоря она ни на что особо не рассчитывала, Химера от таких предложений хронически отказывался. На этот раз он, заколебавшись, украдкой посмотрел на Лину. Та не заметила этого взгляда, но в ответ на слова Амелии достаточно громко бросила:

  • Нашла с кем флиртовать. Да по сравнению с этим тролли – первые красавцы.

Разговоры за столом прекратились, все воззрились на Лину.

  • Лина Сан! – воскликнула оскорбленная в своих лучших чувствах Амелия.
  • Лин, не знаю, что он тебе сделал, но... – начал Гаурри.
  • Да ничего я ей не сделал, дура она просто, - отрывисто сказал Химера. – Пойдем, Амелия?
  • Да... – уходя, принцесса кинула на рыжеволосую волшебницу непонимающий взгляд.
  • Это было невежливо, Лина Сан, - спокойно констатировал Кселлос.
  • Заткнись, тоже мне, проповедник нашелся, - Лина резко встала из-за стола. – Я иду спать.

 

Придя в комнату, она задумчиво подошла к кровати и осторожно взяла в руки подушку. Потом изо всей силы запустила этой подушкой в стену. Потом упала на кровать и разрыдалась.

Дверь отворилась, вошла Сильфиль.

  • Лина Сан, вы плачете?
  • А что, не видно? – Лина стерла слезы кулаком, но они полились вновь.

Сильфиль села рядом с ней на кровать и молча притянула к себе.

  • Я веду себя ужасно глупо, да? Вот, опять обидела Зела, а теперь сижу и плачу, как ребенок... А ведь мне уже семнадцать, пора бы поумнеть.
  • Лина Сан, вы немедленно должну прекратить так обращаться с Зелгадисом Сан. И... ну, если не можете сказать о своих чувствах, хотя бы извинитесь перед ним.
  • Чтобы он меня послал...
  • Ну не делайте из него чудовища! Да, иногда он... не очень вежлив, он это же он так защищается, он же просто страдает из-за своего состояния!
  • Великий психолог Сильфиль, - попыталась улыбнуться Лина.
  • Здесь не над чем смеяться! Пожалуйста, пожалейте – если не себя, то хотя бы его.
  • Я подумаю, Сильфиль. Обещаю, я подумаю...

 

Наутро к Лине, беседовавшей с Сильфиль, подошел Зелгадис. Кивнув священнице, он повернулся к волшебнице:

  • Лина, я ухожу. Передай приввет остальным.
  • Куда это уходишь? – резко спросила Лина, в то время как ее сердце стремительно понеслось вниз.
  • Там посмотрю. Просто от вас ухожу.
  • Почему?
  • И тебе хватает наглости спрашивать?! Да-а, - Зелгадис покачал головой. – Хотя с другой стороны, чего еще ожидать от Лины Инверс... Разве ты не сделала всё, чтобы выжить меня из компании?

Сильфиль толкнула волшебницу под ребра.

  • Слушай, Зел, - потупилась Лина. – Извини, если я тебя задевала...
  • К чему извиняться, ты просто говорила, что думала.
  • Да ДАЙ МНЕ СКАЗАТЬ, ИДИОТ!

Химера поднял руку:

  • Все, хватит с меня, я тебя и так наслушался. Прощай.

Он повернулся, чтобы уйти, но тут в комнату ворвался Гаурри:

  • Лина, там какой-то парень по имени Гайм предлагает нам золотые горы за службу...
  • Гаурри, погодь, не до того, - отмахнулась Лина. – Зел...
  • Да подожди, я не договорил: этот Гайм хочет, чтобы мы сопровождали его к какому-то хранилищу и помогли открыть его...
  • А в хранилище – рукописи Резо, - высунулась из-под мышки воина Амелия.
  • Резо? – в один голос произнесли Зелгадис и Лина.

Отодвинув наемника и принцессу, в комнату вошел высокий каштанововолосый человек в бежевых камзоле, брюках и наброшенной сверху того тунике. Сапоги незнакомца также были бежевыми. Единственным, что разнообразило его одежду, были вставки белого шёлка.

  • Я Гайм, ученый и большой поклонник работ Резо Сама, - отрекомендовался человек. – Счастлив приветствовать знаменитую Лину Инверс, - Гайм поднес руку Лины к губам, его зеленые глаза сверкнули. – О, а вы, полагаю, Зелгадис Грейверс, - Химеру оглядели с профессиональным восхищением. Зелгадис непроизвольно положил руку на эфес меча. – Да, Резо Сама действительно был великим человеком...

Химера мотнул головой:

  • Ладно, это уже не мои проблемы. Я ухожу, пока всем.
  • Нет, подождите, - воскликнул Гайм. – До меня дошли слухи, что вы ищете способ вернуться в своё исходное состояние, а я почти уверен, что в замкнутых в хранилище рукописях этот способ есть.
  • Почти уверен?
  • Я долгие годы изучал работу Резо Сама. Это хранилище – последнее из оставшихся, где Красный Священник побывал незадолго до своей смерти. В других вы были. – В словах сквозил намек, что искомое хранилище потому и осталось, что Рубаки туда еще не наведывались.
  • Зел, я думаю это хороший шанс, - спокойно сказала Лина, мысленно прыгая от радости. – Останься с нами на это путешествие, а дальше посмотрим.

Химера с большим сомнением посмотрел сначала на волшебницу, потом на Гайма.

  • Ну хорошо, - наконец сдался он. – Я остаюсь.

 

  • Вы не знаете, что это может быть за способ? – шёл пятый день путешествия, и, по словам Гайма, они уже почти дошли. На привале в этот вечер все, в основном, разбились на пары, и Лина подсела к нанимателю компании.
  • Я думаю, заклинание, - уверенно заявил человек в бежевом. – Насколько я знаю, для превращения человека в Химеру не требуется никакого ритуала, вряд ли он требуется и для обратного превращения.
  • Но есть ли это заклинание в хранилище? – задумчиво протянула Лина. Гайм положил ей руку на плечо:
  • Вы беспокоитесь о своём друге, да? – Лина молча кивнула. – Вы знаете, у меня нет никаких доказательств, я могу только предполагать. Но вы не теряйте надежду.
  • Спасибо, - улыбнулась Лина.

 

Зелгадис сидел, прислонившись к дереву, и из-под накинутого капюшона наблюдал за Гаймом и Линой. Вот она подошла к нему, вот он положил руку ей на плечо – Химера скрипнул зубами, - вот она кивнула и улыбнулась ему. Да, ученый выглядел лет на тридцать, значительно старше рыжеволосой волшебницы, но он, несомненно, был красив и обаятелен. Не чета ему, Зелгадису. И, черт, Гайм с Линой смотрятся отличной парой.

  • Зелгадис Сан!
  • А? – он отвлекся.
  • Вы что, совсем меня не слушаете, Зелгадис Сан? – обиженно спросила сидевшая рядом Амелия.
  • Да нет, я слушаю, слушаю, продолжай.

 

Оторвавшись от разговора с Гаймом, Лина украдкой взглянула на Зелгадиса и Амелию. Похоже, общество друг друга их устраивает. В конце концов, точки пересечения есть: оба шаманисты, оба предпочитают в одежде белый цвет. Может, он в неё влюблен? Лина качнула головой. Не-а. Даже собравшись уходить, он не стал брать ее с собой. Посто он ее использует, потому что знает, что она в него влюблена. “Не слишком мне хочется оказаться на месте Амелии. Если он узнает, что я его люблю, он получит надо мной власть. И, если сразу не отошьёт, использует как ему надо и отбросит. – Лина обняла себя за плечи. – Поэтому я не могу сказать ему.” Она посмотрела на Гайма и уловила странно-неприятный отблеск в его глазах.

 

На следующий день исчезли Кселлос и Фелия, а оставшиеся Рубаки собрали военный совет.

  • Мне не нравится этот Гайм, - заявил Зелгадис.
  • Ты уже не хочешь стать нормальным? – поинтересовалась Лина.
  • Он заведет нас в ловушку, - стоял на своем Химера.
  • Знаете, я тоже чувствую в нем что-то странное, - поддержала, смутившись, его Сильфиль.
  • Я не очень хорошо помню Резо, - признался Гаурри, - но, кажется, со всем с ним связанным, у нас были одни проблемы...
  • Со мной, например, - подсказал Зелгадис.
  • Я не это имел в виду! – чуть ли не испуганно замахал на него руками наемник, думая, что в последнее время Химера стал просто потрясающе обидчив.
  • А ты что скажешь, Амелия? – спросила принцессу Лина.
  • Не знаю, - протянула та. – С одной стороны, я тоже не очень доверяю Гайму Сан, но, с другой, иной возможности помочь Зелгадису Сан я не вижу...
  • Вот именно, - кивнула Лина. – Зел, ты нас и так замучил своим исцелением, так что сейчас не время отступать. Я настаиваю на том, чтобы продолжать идти.
  • Я тоже, - присоединилась Амелия.
  • Я с вами, - после паузы сказал Гаурри. Сильфиль посмотрела на него и согласно кивнула.
  • Зел?
  • Я пойду, - ответил Химера. – Чтобы больше, как ты выразилась, вас не мучить. Но, помяните мое слово, ничем хорошим это не кончится.

 

Хранилище оказалось похоже на гробницу. Никаких следов двери заметно не было.

  • Вот, собственно, для этого в мне и нужны, - заметил Гайм. – Не считая, конечно, избавления от тех двух бандитских шаек... Я пытался сам открыть, но у меня ничего не вышло.
  • Ну, сначала надо найти вход, - Лина мысленно засучила рукава. – Отойдите-ка все. – Сосредоточившись, девушка беззвучно прочла: “О источник нашей силы... О дарующий могущество... Позволь мне открыть сокрытое плащом невидимости... Дай мне узрить незримое!”

Прямо перед волшебницей появилась дверь, и Лина про себя улыбнулась тому, что правильно определила ее местонахождение.

  • Ну вот, полдела сделано, - небрежным тоном заметила она. – Теперь открыть. Файребол! – заклятье разбилось, не причинив никакого вреда хранилищу. – Ну-с... Драгон Слэйв! – тот же результат. – Да что мне, Лагуна Блэйдом в эту дверь колотить!
  • В этом нет необходимости, - мягко сказал Гайм. – Вы уже обеспечили все необходимые компоненты. Позвольте теперь мне.
  • Что? – Лина с удивлением посмотрела на нанимателя. Он, похоже, слегка преобразился, глаза стали изумрудно-ледяными. Подойдя ко входу в хранилище, он негромко заговорил:
  • О духи, хранящие эти знания,
    О стражи этого места,
    Позвольте мне, принесшему ключ
    И обещающему принести его в жертву,
    Войти и причаститься вашей мудрости!
    Покарайте меня, забрав мою жизнь,
    Если я лгу!..
  • Ключ? Жертва? – душа Лины наполнилась самыми дурными предчувствиями.

Со стоном-скрипом, переходящим в ультразвук, дверь в хранилище исчезла. В руки Гайма упал исписанный свиток. Загробный голос произнес:

  • Исполни же своё обещание, принеси жертву и входи!

Гайм, развернув, пробежал вситок глазами и улыбнулся:

  • То, что нужно. – Затем, изредка сверяясь с написанным, начал, едва шевеля губами, читать: “О жизнь, рожденная в камне... Скрепленная силой... Пусть хранящие тебя заклинания... Повернутся вспять... И позволят мне уничтожить тебя... ИСЧЕЗНИ!" – с последним словом Гайм указал на Зелгадиса. С пальца колдуна соскользнула лиловая молния, насквозь пронзившая Химеру.
  • Нет! – Лина бросилась наперерез, увы, уже слишком поздно.
  • Теперь это знание мое! – с восторженным лицом Гайм переступил порог хранилища.
  • Да щас!- глаза Лины пылали ненавистью. –

О Повелительница Тьмы и Четырёх Миров,

Молю, дай мне частицу свою

Властью своей даруй руке моей гнев небес

Освободи меч тёмной и леденящей пустоты

Силой, соединённым могуществом

Да пройдём мы вместе путь разрушения!

ЛАГУНА БЛЭЙД!

В руках у девушки заплясал Меч Тьмы. Она размахнулась – и разрубила всё хранилище с Гаймом включительно. Потом бросилась к Зелгадису. Химера лежал в луже собственной крови – волшебница вдруг подумала, что всего второй раз видит его кровь. Голова Зелгадиса покоилась на коленях Гаурри, Сильфиль и Амелия пытались остановить кровотечение. Лине показалось, что Химера не дышит.

  • Боже, он что...
  • Он ещё жив, - быстро возразила Сильфиль. – Но надолго ли?..

Лина, оттолкнув Амелию, упала на камни рядом с Зелгадисом и приложила ухо к его груди. Сердце билось неровными толчками. Рубашка, прилипшая к телу, кое-как заменяла повязку.

  • Нет, не смей умирать! Только не это! Я ведь так и не сказала, что люблю тебя! – За плечом Лины сдавленно охнула Амелия. – Зел, не умирай, пожалуйста, прошу тебя! Я люблю тебя, люблю!

Зелгадис с трудом приоткрыл глаза и едва слышно спросил:

  • Что, я уже не “грубая бессердечная скотина”?..

Лина застыла, на миг в ней всколыхнулись все предубеждения по отношению к Химере:

  • Ты слышал разговор?
  • Только эти слова...
  • Господи, я всё тебе объясню, только выживи, пожалуйста!
  • Договорились, - сказал Химера и потерял сознание.
  • Сильфиль, Амелия! – Лина моляще взглянула на подруг. – Вы же жрицы, у вас сильная целительная магия! Спасите его, пожалуйста! Я помогу!
  • Хорошо, - кивнула Сильфиль. Амелия, замотав головой, отбросила все лишние мысли и тоже сказала:
  • Хорошо.

Девушки соединили, шепча заклятия, руки над телом Зелгадиса, выбрав в качестве фокусирующей точки жезл Сильфиль. На Химеру полился белый свет.

Взметнувшись в воздух при взрыве хранилища, на землю мягко планировали листки пергамента. Один из них опустился в протянутую ладонь.

Кселлос положил руку на плечо Лины, и уставшие было девушки почувствовали, как в них вливаются новые силы.

Раны Зелгадиса затянулись, кровь с земли и одежды испарилась. Трио распалось, девушки откинулись на спину. Кселлос поддержал Амелию и Лину, Гаурри подхватил Сильфиль (чудом не уронив при этом Химеру).

  • Ты что здесь делаешь? – тяжело дыша, спросила Лина.
  • Помогаю, - лаконично ответил Кселлос.
  • Спасибо, - кивнула рыжеволосая волшебница. – Сильфиль, Зел выживет?
  • Да.
  • Теперь можно и умереть, - расслабленно улыбнулась Лина.
  • Надеюсь, вы всё же шутите, Лина Сан, - заметил Кселлос.
  • Шучу. Пока... – едва договорив, девушка заснула, не заботясь, что засыпает в объятьях священника. Через минуту Сильфиль и Амелия тоже смежили веки в забытье, и Кселлосу с Гаурри не осталось ничего другого, как устраивать из всех имеющихся плащей более-менее приличные постели для всех спящих.

Просыпаясь, Лина слушала, как Гаурри и Кселлос спорят (на деньги), кто первый очнется.

  • Привет, - сказала она, приподнимаясь на своем импровизированном ложе.
  • Что я говорил, - заметил Гаурри, пряча в кошелек сто золотых.
  • Лина Сан, вы что, не могли ещё поспать? – укорил волшебницу Кселлос. Та взглянула на солнце:
  • Я же проспала полдня, разве нет?
  • Да, полдня, Лина, - кивнул наемник. – Честно говоря, я думал, ты давно очнешься.
  • А я, наоборот, удивлен вашей выносливостью, - возразил священник. – Ведь вы, Лина Сан, даже не жрица, а сделали не меньше остальных. К тому же, вам пришлось бороться с ранами и двумя заклятиями.
  • Почему двумя?
  • Я объясню, когда все проснуться.

Завернувшись в плащ и слегка пошатываясь, Лина подошла к спавшему Зелгадису. Присела рядом.

  • Лин, это правда – что ты вчера сказала? – за плечом девушки замаячил Гаурри.
  • А что я сказала? – Лина вообще не была уверена, что из произошедшего накануне – не сон.
  • Ну... ум... – наемник запнулся. Лина поняла, что снов вчера не было.
  • Я могу напомнить, - услужливо подсказал Кселлос.

Над головой девушки повисла капелька:

  • Не, спасибо, я, кажется, уже сама помню. Я действительно это сказала?
  • Несомненно, - подтвердил священни, отхлебывая из чашки. – Вы кофе хотите?
  • Хочу. – Рядом с Линой появилась вторая чашка. “Показушник”.
  • Ну, Лина?
  • Да, Гаурри, это правда.
  • Можно спросить, зачем ты тогда так себя вела?
  • Можно. Только я не отвечу.
  • Она его боится, - пояснил Кселлос.
  • Ты не мог бы помолчать?
  • Она ещё ни разу не влюблялась и боится, что её обидят.
  • Ну заткнись ты, ну пожалуйста!
  • Лина, - Гаурри коснулся ее плеча.
  • А? – не сводившая до этого глаз с Химеры девушка обернулась.
  • Если Зелгадис тебя чем-нибудь обидит, обещаю лично его нашинковать.

На этой самой ободряющей фразе Химера открыл глаза.

  • Спасибо, - сказал он.

Гаурри смутился, но ненадолго:

  • Вот видишь, Лина, он уже предупрежден.
  • Прекратите делать из него чудовище, - сказала незаметно подошедшая Сильфиль. – Я права, Зелгадис Сан?

Химера ничего не ответил, только слегка улыбнулся девушке. Лина сидела красная, спрятав лицо в волосах.

Кселлос кашлянул.

  • Я, конечно, не настаиваю, но вы уверены, что это общее дело?

Рыжеволосая волшебница с благодарностью взглянула на священника.

  • Пойду посмотрю, как там Амелия, - сказала она, вставая.

Амелия уже довольно долгое время не спала. Она плакала.

  • Эй, - окликнула ее Лина. Принцесса укоряюще посмотрела на нее:
  • Лина Сан, как вы могли?
  • От меня тут ничего не зависело, Амелия, - Лина, вздохнув, присела рядом с подругой. – Тем более, ты рано огорчаешься. С чего ты взяла, что он выберет меня?
  • Мне-то можете не рассказывать... – прошептала принцесса. – Но вы действительно его любите?
  • Действительно.
  • А зачем вы тогда говорили ему столько гадостей?
  • Потому что я не хочу, чтобы он обращался со мной так же, как... – Лина не договорила, поняв, что едва не сказала бестактность.
  • ... со мной? – с печальной усмешкой спросила Амелия.
  • Прости, я не хотела.
  • Ничего, Лина Сан, я понимаю. На самом деле, он не так уж плохо со мной обращался. Мы были друзьями, и не его вина, что он страдал из-за своего состояния.
  • Ты говоришь совсем как Сильфиль, - покачала головой Лина. Они помолчали.
  • Жаль, я не смогу теперь так часто с ним бывать, - вздохнула Амелия.
  • Амелия, ты что, не понимаешь, что ничего не изменилось? Ничего не решено – хорошо, может, только пока. Не уверена, что Зел вообще как-то прокомментирует...
  • Лина Сан, вы же не настолько плохо его знаете! – с негодованием оборвала ее принцесса. – Если бы это были не вы, я бы решила, что вы просто боитесь!
  • А что, я не имею права бояться?!
  • Но вы же Лина Инверс!
  • Ну спасибо, Амелия. По-твоему выходит, что у меня человеческих чувств и быть не может!
  • Да нет, как видно, может, - снова погрустнела принцесса. – Но, Лина Сан, мы же останемся подругами?
  • А мы ими были?
  • Конечно!
  • Ну, если ты так считаешь... Останемся.
  • Хорошо, - улыбнулась Амелия, вытирая глаза.

 

Пока на костре жарился и варился ужин (в тот день в окрестностях была истреблена половина всех обитающих там животных), Кселлос читал вслух подобранный на руинах хранилища листок (над листком сиял Лайтинг, но все почему-то сомневались, что он так уж священнику нужен).

  • Оказывается, Резо Сама вел нечто вроде хроники-дневника...
  • Ещё раз услышу “Резо ‘Сама’”, и меня стошнит, - пробормотал Зелгадис и поскреб отчего-то зудящий подбородок. Его пальцы замерли. Он точно помнил, что здесь были каменные чешуи, но в данный момент подбородок был чист. – Что за черт...
  • Вот именно об этом, Зелгадис Сан, я и хочу прочитать, - насмешливо сказал Кселлос.
  • А? Что? – остальная часть компании в недоумении перевела взгляды с одного на другого. Лина оторвала тяжелый взгляд от земли и тоже посмотрела на Химеру.
  • У Зелгадиса на подбородке исчезли камни, - чуть ли не замогильным голосом молвила она. – Кселлос, я тебя внимательно слушаю.
  • Спасибо, Лина Сан. – Скрестив ноги, Кселлос объяснил: - Листок всего один и, к тому же, пострадал от огня. Но всё же в нём содержится пара интересных вещей. – Он начал читать:

“Второго числа – здесь кусок выжжен – года.

Создав это хранилище, я решил не ограничиваться обычным запирающим заклятьем. Поскольку почти все необычные уже использованы, пришлось составить новое. Само по себе оно не так уж странно: дух-страж открывает обнаруженную дверь при двух условиях: нужно знать необходимое заклинание и принести или привести (в зависимости от одушевленности или неодушевленности) что-либо, мною созданное. Эта вещь после вещь после открытия хранилища приносится в жертву – уничтожается...” - Кселлос оторвался от листка и заметил: - Думаю, теперь понятно, почему Гайм Сан решил нанять именно нас.

  • Почему? – наивно спросил Гаурри. Над головой священника повисла капля.
  • Гаурри Сама, я вам потом объясню, - дернула наемника за рукав Сильфиль.
  • Спасибо, Сильфиль Сан, - с облегчением вздохнул Кселлос и продолжил:

“... Поскольку мною созданы самые разные вещи, в том числе и те, что почти невозможно уничтожить, над заклятьями пришлось потрудиться. После долгих изысков и экспериментов я наконец составил заклятие разрушения Каменных Химер. Пришлось пожертвовать несколькими экземплярами, не самыми, впрочем, удачными, но цель достигнута. Но это не самое интересное в заклинании; самое интересное то, что оно имеет любопытный побочный эффект.

Поскольку мне не нужно было заклятие, сравнимое по силе с Драгон или Гига Слэйвом, пришлось пуститься на хитрость: “Пусть хранящие тебя заклинания/ Повернутся вспять”. Таким образом устранялась неуязвимость, которую я дал своим созданиям, но – когда одна из наиболее стойких Химер выжила после действия заклятия, она начала медленно возвращаться к исходному состоянию. Заклинания действительно повернулись вспять, убивающая сила обратилась исцеляющей. Надо будет попробовать на З. – после завершения моего дела, - если не найду более мягкого способа. Исцелять его все равно рано или поздно придется – своя кровь, как никак. Быть может, удастся заклина...” - Кселлос повертел пергамент в руках: - Боюсь страница кончилась, а других не найти. Но мы и так узнали всё, что нужно, не так ли?

Гаурри снова открыл рот, но Сильфиль быстро прошептала:

  • Позже.

Сделав вид, что ничего не заметил, священник заметил:

  • Думаю, мы понимаем, кто скрывается под литерой “З” и что это за “завершение дела”.
  • Он хотел исцелить свои глаза, - тихо сказала Лина. – Жаль, что с ним случилось то, что случилось... Значит, он всё-таки собирался вернуть Зелу человеческий облик.
  • Резо Сама, безусловно, был одним из величайших людей, - взглянув вверх, мечтательно произнес Кселлос. – Зелгадис Сан, вы не хотите пересмотреть своё к нему отношение?

Химера не ответил.

  • Пойду поищу что-нибудь дельное на руинах, - сказал он вместо этого, поднявшись и растворившись в ночи.
  • Ничего он там не найдет, - небрежно отозвался священник. – Да и небезопасно ему быть одному, пока он меняется... Лина Сан, вы за ним не присмотрите?
  • Кселлос, ты не мог бы заткнуться? – н-да, Лина хандрила. - Заметь, я же не спрашиваю, как это ты умудрился найти именно вот этот листок.
  • Это...
  • Я же сказала, что не спрашиваю. Я просто надеюсь, что это действительно написал Резо.
  • Это написал Резо Сама, не беспокойтесь.
  • Верю.
  • А все-таки, может, вы и в самом деле присмотрите за Зелгадисом Сан? – тихо спросила Сильфиль.
  • Именно, - кивнула Амелия.

Лина впала в каплю:

  • Ребят, вы что задумываете?!
  • Ничего-ничего-ничего, - заверил ее Кселлос. – Идите, а?
  • Правильно, Лина, иди, - поддержал Гаурри.
  • А ты помолчи! – обрушилась на него волшебница. – Тебе-то лишь бы поесть без меня, чтобы тебе больше досталось!
  • Н-ну, не только... – протянул наемник.
  • Лина Сан, я оставлю вам ваш ужин! – быстро влез Кселлос. – Вы, главное, идите!
  • Ну знаете что!.. – Лина вскипела. – Я вам этого не прощу!
  • Простите... завтра, - бросил в сторону священник, а потом с доброй улыбкой (S ) толкнул Лину в ту сторону, куда ушел Зелгадис.

 

Потянувшись за свитком, Химера выронил один из пергаментов, которые держал в руках. Выругавшись сквозь зубы, он нагнулся, но чья-то рука опередила его, схватив листок и протянув Зелгадису. Тот взял, взглянув в замкнувшееся лицо Лины.

  • А я всё думал, когда ты придешь, - улыбнулся он.
  • Не надейся, что я буду за тобой бегать, - резко отреагировала девушка. Химера с размаху бросил все подобранные листки и скрестил руки на груди:
  • Да успокойся ты! Я просто имел в виду, что нам есть о чем поговаорить.
  • Ты так считаешь?
  • Да, я так считаю. И, помнится, ты обещала мне кое-что объяснить, если я выживу. Я свою часть сделки выполнил.
  • Помню, - Лина опустилась на камень, Зелгадис сел рядом, и она чуть отодвинулась. Химера попытался не обращать на это внимания. – Я объясняла Сильфиль, почему не могу тебе сказать, что я чувствую.
  • Эмм... Так все, кроме меня, знали?!
  • Не говори глупостей! Только Сильфиль!

Зелгадис посмотрел на звезды:

  • Итак, мнения ты обо мне невысококо... Видимо, часто припоминаешь поговорку: “Любовь зла” и думаешь: “Ну мне и не везет”.
  • Зел, ну помолчи пожалуйста!

Удивленный прозвучавшим в ее голосе отчаянием, он взглянул на Лину и, увидев блестевшие в лунном свете слёзы в уголках её глаз, почувствовал себя именно “грубой бессердечной скотиной” за взятый неприятный тон.

  • Извини меня... Но твои чувства и в самом деле не доставляют тебе радости.
  • Неправда! – она выпалила это прежде, чем успела подумать, и тут же об этом пожалела. – Но... ты отвечаешь именно так, как... как я боялась. Тебе все равно.

Зелгадис положил руки ей на плечи. Лина напряглась.

  • Я никогда не говорил, что мне все равно. – Химера без малейших усилий прочитал её мысли в расширенных, испуганных глазах. – Не волнуся, - вздохнул он. – Я не собираюсь с тобой ничего делать. – Он убрал руки, и Лининым плечам стало холодно. Она пожалела, что оставила плащ на временной стоянке. “Он – Зел – мог бы согреть меня,” - Лина грустно улыбнулась промелькнувшей мысли.
  • Выходит, за три года ты узнала меня только с плохой стороны?
  • Что ты имел в виду, говоря, что тебе не все равно?

Оба вопроса прозвучали почти одновременно.

  • Я боюсь тебя, - призналась Лина. – Ты моя первая любовь, и я боюсь, что ничем, кроме боли, это для меня не закончится.
  • Я никак не могу равнодушно отнестись к твоим чувствам, я же – внутри, по крайней мере – всё-таки живой человек. Но я не могу находиться рядом с той, кто настолько не верит мне, кому легче оскорбить меня, чем довериться. – Зелгадис встал и сделал несколько шагов в сторону стоянки Рубак.
  • Зел, подожди! – Он едва усел обернуться, когда она бросилась ему на шею и поцеловала.

 

Тем временем на стоянке мирно заканчивался ужин. Кселлос честно попытался сдержать обещание, данное Лине, и оставить порции ей и Химере, но видя, что никто не возвращается, плюнул на это дело и со словами: “Остывает же!” первым бросился на еду. (М-да-а... Однако у Рубак влияние... С кем поведёшься, в общем.) В данный момент компания разбилась на две пары: Сильфиль объясняла Гаурри смысл происходящего (слышались удивленные возгласы: “Да-а?”), а Кселлос утешал Амелию, усевшись с ней рядышком и рассказывал что-то забавное. Его старания, в отличие от стараний Сильфиль, были, похоже, успешны: принцесса, блестя глазами, смеялась и улыбалась.

  • А, так и знала, стоит уйти на пять минут, и ты уже с кем-то флиртуешь, - укоризненно покачивая головой, в круг света от костра вошла Фелия. Среди встретивших её приветствий был и возглас Кселлоса : “Я ни в чем не виноват!”. Таинственная священница оглядела компанию: - Мне кажется, или кого-то не хватает? Куда делись маленькая колдунья и Химера?
  • Это тайна, - сверкнул зубами в очаровательной улыбке Кселлос.

 

Поскольку Лина уступала ему в росте, первым непроизвольным (не считая небезуспешной попытки удержаться на ногах, конечно) движением Зелгадиса было подхватить её, чтобы она не упала. Потом его объятия стали крепче и нежнее, и он поцеловал её в ответ. Лина затрепетала.

Опустившись на пятки, она обняла Химеру за талию, и прижалась щекой к его груди.

  • Не уходи, пожалуйса. Прошу тебя. – Случалось именно то, чего она боялась: чтобы он остался, она была готова пойти на всё.
  • Не уйду.
  • Как ты ко мне относишься, Зел?
  • Ты очень независима, - медленно сказал Зелгадис. – Из-за этого к тебе порой трудно приблизиться... Что касается чувств...
  • Нет, молчи, я не хочу слышать! – Химера мысленно сравнил ее с бьющейся в сетке птицей.
  • Но тебе придется, - Ласково произнес он.
  • Не хочу. Мне так хорошо сейчас, а потом... Скажи лучше, ты нашел что-нибудь в руинах?
  • Нет, лишь разрозненные листы. Но, Лина, не надейся перевести разговор на другую тему.

Она взглянула ему в глаза:

  • Я боюсь. Того, что могу услышать.
  • Ты не веришь мне, - вздохнул Зелгадис. – Пойми, Лина, я не лгал, говоря, что не могу быть рядом с той, кто мне не доверяет.
  • Нет, пожалуйста, - она сильнее прижалась к нему. – Я очень постараюсь тебе доверять, правда. Только дай мне немного времени.

Проведя рукой по её волосам, он коснулся пальцами подбородка девушки, заставив её поднять голову.

  • Сколько пожелаешь.

Лина смотрела в освещенное луной и звездами и постепенно теряющее свою химерность лицо и не находила в нем ни безразличия, ни мстительного злорадства, ни презрения. В этом лице были лишь нежность, забота и...

  • Может ли быть...

Улыбаясь, Зелгадис приложил палец к её губам и, перед тем, как поцеловать, первый раз произнес вслух то, что знал не один год и что не мог сказать из-за своего состояния и внешней колючести волшебницы:

  • Я люблю тебя, Лина Инверс.

(21.09.2000

00.05)

 

P.S. Ненавижу хэппи-энды.

P.P.S. Это что за пять биноклей торчат из ближайших кустов?!



Назад в Библиотеку lina-sama@yandex.ru

Хостинг от uCoz